Путешествие по дорогам чем-то напоминает путешествие по воспоминаниям и по нотам. Ведь есть что-то, что зовет нас в дорогу, а есть что-то, что дает возможность отдохнуть, посидеть у огня и погрустить. Пойдемте со мной, попутешествуем в страну Осенней светлой грусти...

Ноябрь. Улицы укрыты мокрым желтым ковром опавшей листвы... В воздухе - водяная взвесь. Вода на асфальте и листьях множит неверный, тусклый свет фонарей... И мир кажется зыбким и нереальным...  Туман крадется за кустами вдоль дорожки, выбрасывая влажные, мутные языки под ноги... Душа наполнена щемящей, сладковатой хандрой и одиночеством. Как-то жалко становится ушедшее лето... Листья под ногами влажно шуршат и цепляются за ботинки.

Из тумана внезапно появляется, грациозно, мягко перебирая лапами громадный дог. Останавливается, пару раз взмахивает хвостом и шумно вздохнув уносится в туман, вывалив язык и выдыхая облачка пара. Туман глушит его шаги и размывает его тело... Вокруг никого нет... Неярко горит вывеска пивного подвальчика... Толкаешь дверь и входишь в полумрак, укутанный клубами сигаретного дыма... Где-то внутри слышится мерный перебор гитары и глубокий, надтреснутый временем, голос поет-жалуется о чем-то невыносимо далеком и грустном.

Бармен небрежным движением ставит на стойку стакан с виски: - Сегодня за счет вон того парня. Льда нет!

Стряхнув с мокрых волос и куртки капли дождя, проходишь к сцене. Слова вплетется в музыку. В баре слушают. Сидишь за столиком и тоже слушаешь гитару и гармонику прилипшую к губам музыканта. После стылого осеннего вечера, душное, прокуренное тепло бара и спиртовая горячечность виски, наливает свинцом твои веки. Сердце твое помнит дороги и дожди, губы твои помнят поцелуи любимых... Только где-то, на краю сознания, тяжело гудит лопнувшая басовая струна, укрывая тебя бархатом воспоминаний и осенней грусти...

В твоей душе шепчет-стонет Осенний Блюз...

(с) Котохот