Регистрация  Забыли пароль?

РАССКАЗ О ВОЙНЕ с юмором - Аркадий Аверченко

Антип Ушкин 20.04.2017 в 05:19

 

Аркадий Аверченко 
ВОЙНА  (коротко)
 
Пройдет еще лет двадцать.  Мы все, теперешние, сделаемся стариками...
Мировая война отойдет в область истории, о ней будут говорить как о чем-то давно прошедшем, легендарном...
И вот, когда внуки окружат нас и начнут расспрашивать о мировой войне, - воображаю, как тогда мы, старички, начнем врать!..
То есть врать будут, конечно, другие старички, а не я.  Я не такой.
  * * *
Когда я, во время призыва, пришел в воинское присутствие, меня осмотрели и сказали:
- Вы не годитесь!  У вас зрение плохое.
- Позвольте! Что у вас там требуется на войне? Убивать врагов? Ну, так это штука нехитрая.
- Да вы раньше дюжину своих перестреляете, прежде чем убьете одного чужого!..
Вышел я из этого бюрократического учреждения обиженный, хлопнув дверью.
Решил поехать на войну в качестве газетного корреспондента.
  * * *
Однажды подсел я к солдатам в окопе. Сидели, мирно разговаривали, я угощал их папиросами.
Вдруг - стрельба усилилась, раздались какие-то крики, команда - я за разговором и не заметил что, собственно, скомандовали.
Все закричали "ура!", выскочили из окопов, побежали вперед.
Закричал и я за компанию "ура", тоже выскочил и тоже побежал...
Бежал я долго - от врага ли или за врагом - и до сих пор не знаю.
Может быть, меня нужно было наградить орденом как отчаянного храбреца, может быть - расстрелять как труса.
Бежал я долго - так долго, что когда огляделся, - около меня уже никого не было.
Только один немец (очевидно, такого же неопределенного характера, как и я сам) семенил почти рядом со мной.
- Попался?! - торжествующе вскричал я.
Он вместо ответа взял на изготовку штык и бросился на меня.
Я всплеснул руками и сердито вскрикнул:
- С ума ты сошел?! Ведь ты меня так убить можешь! 
- Я и хочу тебя убить!
- За что? Что я, у тебя жену любимую увез или деньги украл?  Идиот!
- Да, - возразил он сконфуженно. - Но ведь теперь война!
- Я понимаю, что война, но нельзя же ни с того ни с сего тыкать штыком в живот малознакомому человеку!
Мы помолчали.
"Во всяком случае, - подумал я, - он мой пленник, и я доставлю его живым в наш лагерь... Может быть, орден дадут..."
- Во всяком случае, - сказал немец, - ты мой пленник, и я...
Это было верхом нахальства!
- Что?  Я твой пленник?  Нет, брат, я тебя взял в плен и теперь ты не отвертишься!..
- Что-о?  Я за тобой гнался, да я же и твой пленник?
- Я нарочно от тебя бежал, чтобы заманить подальше и схватить, - пустил я в ход так называемую "военную хитрость"...
Мы схватили друг друга за руки и, переругиваясь, пошли вперед.
Через час бесцельного блуждания по голому полю мы оба пришли к печальному заключению, что заблудились.
Голод давал себя чувствовать, и я очень обрадовался, когда у немца в сумке обнаружился хлеб и коробка мясных консервов.
- На, - сказал враг, отдавая мне половину. - Так как ты мой пленник, то я обязан кормить тебя.
- Нет, - возразил я. - Так как ты мой пленник, то все, что у тебя, - мое! 
Мы закусили, сидя под деревом, и потом запили коньяком из моей фляжки.
- Спать хочется, - сказал я, зевая. 
- Ты спи, а мне нельзя, - вздохнул немец.
- Почему?
- Я должен тебя стеречь, чтобы ты не убежал.
Я растянулся под деревом. Проснулся перед вечером.
- Сидишь? - спросил я.
- Сижу, - сонно ответил он.
- Ну, можешь заснуть, если хочешь, я тебя постерегу.
- А вдруг - сбежишь?
- Ну, вот!  Кто же от пленников убегает.  Немец пожал плечами и заснул.
Закат на далеком пустом горизонте нежно погасал, освещая лицо моего врага розовым нежным светом…
"Что, если я уйду? - подумал я. - Надоело мне с ним возиться. "
Я встал и пошел на запад, а перед этим, положил в его согнутую руку мою фляжку с коньяком.
И он спал так, похожий на громадного ребенка, которому сунули в руку соску и который расплачется по пробуждении, увидев, что нянька ушла...
  * * *
Вот и все мои похождения на театре войны...
Теперь, пока я еще молодой, - рассказал всю правду.
Состарюсь - придется врать внукам.
       
Аверченко
  

РУССКИЙ В ЕВРОПАХ - рассказик Аверченко

Антип Ушкин 04.04.2017 в 00:23

 
Аркадий Аверченко 
Русский в Европах      (коротко)
 
В курзале одного заграничного курорта собралась за послеобеденным кофе самая разношерстная компания...
Разговор шел благодушный, послеобеденный.
- Вы, кажется, англичанин? - спросил француз высокого бритого господина. - Обожаю я вашу нацию: самый дельный вы, умный народ.
- После вас, - с любезностью поклонился англичанин...
- Вы, японцы, - говорил немец, - изумляли и продолжаете изумлять нас, европейцев. Благодаря вам слово «Азия» перестало быть символом дикости, некультурности.
- Недаром нас называют «немцами Дальнего Востока», - скромно улыбнувшись, ответил японец...
В другом углу грек тужился, тужился и наконец сказал:
- Замечательный вы народ, венгерцы!
- Чем? - искренно удивился венгерец.
- Ну, как же… Венгерку хорошо танцуете. 
- И вы, греки, хорошие.
- Да что вы говорите?! Чем?
- Ну... вообще. Приятный такой народ. Классический. Маслины вот тоже. Периклы всякие.
А сбоку у стола сидел один молчаливый человек и, опустив буйную голову на ладони, сосредоточенно печально молчал.
Любезный француз давно уже поглядывал на него. Наконец, не выдержал, дотронулся до его широкого плеча:
- Вы, вероятно, мсье, турок?  По-моему - одна из лучших наций в мире!
- Нет, не турок.
- А кто же, осмелюсь спросить?
- Русский я!..
- Русский? Да что вы говорите?.. Альфред, Мадлена! Вы хотели видеть настоящего русского - смотрите скорее! 
- Где, где?..
- Немца бы от него подальше убрать. А то немцы больно уж ему насолили... как бы он его не тово!..
- Очень вас большевики мучили? - спросил добрый японец...
- А что такое взятка? Напиток такой или танец?
- А правда ли, что если русскому рабочему запеть «Интернационал», он сейчас же начинает вешать на фонаре прохожего человека в крахмальной рубашке и очках?
- А правда, что некоторые русские покупали фунт сахару за пятьдесят рублей, а продавали за тысячу?
- Правда ли, что разбойнику Разину поставили на главной площади памятник?..
- Горит!! - крикнул вдруг русский, шваркнув полупудовым кулаком по столу.
- Что горит?  Где?  Боже мой...
- Душа у меня горит! Эй, кельнер, камерьере, шестерка - как тебя там?! Волоки вина побольше! Всех угощаю! Поймёте ли вы тоску души моей?! Сумеете ли заглянуть в бездну души славянской... Эх-ма!..
Сгущались темно-синие сумерки.
Русский, страшный, растрепанный, держа в одной руке бутылку, а кулаком другой руки грозя заграничному небу, говорил:
- Сочувствуете, говорите? А мне чихать на ваше заграничное сочувствие!! Вы думаете, вы мне все - мало моей жизни отняли? Ты, немецкая морда... Разве я могу забыть? А тебе разве забуду, как ты своих носатых китайских чертей прислал - нашу дор... доррогую Россию губить? А венгерец... тоже и ты хорош... Ох, горько мне с вами, ох, тошнехонько... Пить со мной вы можете сколько угодно, но понять мою душеньку?! Горит внутри, братцы! Закопал я свою молодость, свою радость в землю сырую... «Умру-у, похоронят, как не-е жил на свете!»...
И долго еще в опустевшем курзале, когда все постепенно, на цыпочках, разошлись, - долго еще разносились стоны и рыдания полупьяного одинокого человека... И долго лежал он так, неразгаданная мятущаяся душа, лежал, положив голову на ослабевшие руки, пока не подошел метрдотель...
       
Аверченко
  

АРКАДИЙ АВЕРЧЕНКО - про ДУМЫ ДЕПУТАТА ДУМЫ

Антип Ушкин 17.02.2017 в 17:44

 
 

Аркадий Аверченко
ТЯЖЁЛОЕ ЗАНЯТИЕ  (коротко)
 
Недавно в Думе какой-то депутат сказал речь, приблизительно, следующего содержания:
- Я не говорю, что нужно бить инородцев, вообще... Поляков, литовцев и татар можно и не бить... Но евреев бить можно и нужно - я удивляюсь, как этого не понимают!?..
Многие изумлялись:
- Что это такое?  Как человеческая голова может родить подобную мысль?
Вот как:
Однажды депутат не пошел в Думу, а остался дома и сидел в кабинете, злой, угрюмый, раздражительный.
- Что с тобой? - спросила жена.
- Речь бы мне нужно сказать в Думе. А Речи нету.
- Так ты придумай, - посоветовала жена.
- Да как же придумай! Вот сижу уже третий час, стараюсь, как ломовая лошадь, а голова все не думает!..
- А голова то у тебя большая, - сказала жена, смотря на мужа. 
- Да чёрт ли в ней, что большая! Чего не надо - то она думает: о цветочках там, о столе. А как к речи - стоп. Молчит.
- А ты поболтай ею! Пошибче… Может, мозги застоялись.
Депутат покорно поболтал головой.
- Ну?
- Ничего. Молчит. 
Жена вздохнула и вышла из комнаты.
- Тише! - крикнула она детям. - Не мешайте папе. Ему нехорошо.
- А что с ним? - спросили дети.
- Голова молчит.
А в кабинете сидел отец опечаленных малюток, тряс тяжелой головой и бешено шипел:
- Да думай же! Думай, проклятая.
К обеду вышел еще более злой, с растрепанными волосами.
Проходя в дверь, злобно стукнул головой о косяк и заревел:
- Будешь ты думать? Вот тебе! Думай, думай.
Дети испугались. Заплакали.
- Что это он, мама?
- Не бойтесь. Это он голову разбудить хочет. Голова у него заснула...
Около семи часов из кабинета послышался легкий стук, шорох и скрип.
- Что это скрипит, мама? - спрашивали дети, цепляясь за юбку матери.
- Ничего, милые. Не бойтесь. Это папа думает.
- Тяжело, небось? - спросил малютка Ваня.
- А ты как полагаешь!.. Никогда в роду у нас этого не было. Чтобы думать.
...
Депутат стоял на трибуне.
- Говорите же! - попросил председатель. - Чего ж вы молчите?
- Сейчас, сейчас, - тяжело дыша, прошептал депутат. - Дайте начать. О, чем бишь я хотел…
На лбу надулись черные жилы. Теплый пот струился по лицу, скатываясь за воротник. Ну, же! Скорее.
- Сейчас, сейчас.
Глаза вылезли из орбит. Голова качнулась на шее, вздрогнула… послышался явственный треск, лязг и потом шорох, будто бы где-то осыпалась земля или рукой перебирали камушки. Что то затрещало, охнуло… депутат открыл рот и с усилием проревел:
- Я не говорю, что нужно бить инородцев, вообще... Поляков, литовцев и татар можно и не бить... Но евреев бить можно и нужно - я удивляюсь, как этого не понимают!?..
Вот - откуда взялась эта речь.
   
Аверченко
 

ЖЕНИТЕСЬ! - рассказ Аверченко

Антип Ушкин 24.01.2017 в 20:52

 
 

Аркадий Аверченко
ЖЕНА  (отрывки из рассказа)
 
– Нет, ты не будешь пить это вино!
– Почему же, дорогая Катя? Один стаканчик…
– Ни за что… Тебе это вредно. Вино сокращает жизнь... Пересядь на это место!
– Зачем?
– Там окно открыто. Тебя может продуть... Я смертельно боюсь за тебя.
– Спасибо, моё счастье...
Я вынимал папиросу.
– Брось папиросу! Сейчас же брось. Разве ты забыл, что у тебя лёгкие плохие?
– Да одна папир…
– Ни крошки! Ты куда? Гулять? Нет, милостивый государь! Извольте надевать осеннее пальто. В летнем и не думайте.
Я заливался слезами и осыпал её руки поцелуями.
– Ты - Монблан доброты!
Она застенчиво смеялась...
Часто задавал я себе вопрос: Чем и когда я отблагодарю её?..
– Нашёл! - громко сказал я сам себе. – Я застрахую свою жизнь в её пользу!
И в тот же день всё было сделано.
Страховое общество выдало мне полис, который я, с радостным, восторженным лицом, преподнёс жене…
Через три дня я убедился, что полис этот и вся моя жизнь – жалкая песчинка по сравнению с тем океаном любви и заботливости, в котором я начал плавать...
– Радость моя! – ласково говорила она, смотря мне в глаза. – Ну, чего ты хочешь? Скажи… Может быть, вина хочешь?
– Да я уже пил сегодня, – нерешительно возражал я.
– Ты мало выпил… Что значит какие-то полторы бутылки? Если тебе это нравится – нелепо отказываться… 
– Какова нынче погода? – спрашиваю я у жены.
– Тепло, милый. Если хочешь - можно без пальто.
– Спасибо. А что это такое - беленькое с неба падает? Неужели снег?
– Ну уж и снег! Он совсем тёплый.
Однажды я выпил стакан вина и закашлялся.
– Грудь болит, – сказал я.
– Попробуй покурить сигару, – ласково гладя меня по плечу, сказала жена. – Может, пройдёт.
Я залился слезами благодарности и бросился в её объятия.
Как тепло на любящей груди…
Женитесь, господа, женитесь.
 
Аверченко
 

РАССКАЗ ПРО БАБУ И ПИРОЖНЫЕ - Михаил Зощенко

Антип Ушкин 13.01.2017 в 20:27

 
 

 
Михаил Зощенко  
АРИСТОКРАТКА   (коротко)
 
Я, братцы мои, не люблю баб, которые в шляпках.
Ежели баба в шляпке, ежели чулочки на ней фильдекосовые, или мопсик у ней на руках, то такая аристократка мне и не баба вовсе, а гладкое место.
А в свое время я, конечно, увлекался одной аристократкой.
Гулял с ней и в театр водил. В театре-то все и вышло...
Сели в театр... Сижу на верхотурье и ни хрена не вижу... Поскучал я, поскучал... Гляжу - антракт...
Она в буфет. Я за ней. Ходит она по буфету и на стойку смотрит. А на стойке блюдо. На блюде пирожные.
А я этаким гусем, этаким буржуем нерезаным вьюсь вокруг ее и предлагаю:
– Ежели, - говорю, - вам охота скушать одно пирожное, то не стесняйтесь. Я заплачу.
– Мерси, - говорит.
И вдруг подходит развратной походкой к блюду и цоп с кремом и жрет.
А денег у меня - кот наплакал. Самое большое, что на три пирожных...
Съела она с кремом, цоп другое. Я аж крякнул. И молчу. Взяла меня этакая буржуйская стыдливость. Дескать, кавалер, а не при деньгах.
Я хожу вокруг нее, что петух, а она хохочет и на комплименты напрашивается.
Я говорю:
– Не пора ли нам в театр сесть?  Звонили, может быть.
А она говорит:
– Нет.
И берет третье.
Я говорю:
– Натощак – не много ли?  Может вытошнить.
А она:
– Нет, - говорит, - мы привыкшие.
И берет четвертое.
Тут ударила мне кровь в голову.
– Ложи, - говорю, - взад!..  Ложи, - говорю, - к чертовой матери!
Положила она назад. А я говорю хозяину:
– Сколько с нас за скушанные три пирожные?
– С вас, - говорит, - за скушанные четыре штуки столько-то.
– Как, - говорю, - за четыре?!  Когда четвертое в блюде находится.
– Нету, - отвечает, - хотя оно и в блюде находится, но надкус на ём сделан и пальцем смято.
– Как, - говорю, - надкус, помилуйте!  Это ваши смешные фантазии.
А хозяин держится индифферентно - перед рожей руками крутит.
Ну, народ, конечно, собрался. Эксперты.
Одни говорят - надкус сделан, другие - нету.
А я вывернул карманы - всякое, конечно, барахло на пол вывалилось - народ хохочет.
А мне не смешно. Я деньги считаю.
Сосчитал деньги - в обрез за четыре штуки. Зря, мать честная, спорил.
Заплатил. Обращаюсь к даме:
– Докушайте, - говорю, - гражданка. Заплачено.
А дама не двигается. И конфузится докушивать.
А тут какой-то дядя ввязался.
– Давай, - говорит, - я докушаю.
И докушал, сволочь. За мои-то деньги.
Сели мы в театр. Досмотрели оперу. И домой.
А у дома она мне и говорит своим буржуйским тоном:
– Довольно свинство с вашей стороны. Которые без денег - не ездют с дамами.
А я говорю:
– Не в деньгах, гражданка, счастье. Извините за выражение.
Так мы с ней и разошлись.
Не нравятся мне аристократки.
 
Зощенко


 

ПРЕКРАСНОЕ ДАЛЁКО - колыбельная

Антип Ушкин 05.10.2015 в 15:58

 
в распрекрасном бескрайнем далЁко
в удивительном мирном лесу
спят медведи в уютных берлогах
и мохнатые лапы сосут...
 - - -
им накласть
на луганду с майданом,
на позорную бойню за власть,
и на путина  вместе с обамой,
и на сирию  тоже накласть!
     
на лаврова и на порошенко,
на медведева,  яценюка,
на кадырова,  на лукашенко,
и на сукину дочь собчака!
     
им накласть
на макара, кобзона,
на курс евро  и цены на газ,
на протесты, вердикты, законы...
и на сирию  (эх, ещё раз!)
   
им накласть
на оон и на нато,
на фашизм, коммунизм, гуманизм...
на россию, европу и штаты,
на ислам, христианство, буддизм...
 - - -
в распрекрасном бескрайнем далЁко
в удивительном мирном лесу
спят медведи в уютных берлогах
и мохнатые лапы сосут...
   
     
.........................................................
© Copyright: Антип Ушкин, 2015
   

 

как ДЕТИ

Антип Ушкин 16.10.2012 в 17:12

 
«Пройдёмте по миру, как дети,
 полюбим шуршанье осок...»
 
Берёзку высокую встретим
и весело высосем сок.
 
Пройдёмте как дети по миру,
с рогатками в добрых руках,
наделаем ямок и дырок
в сороках, воронах, щеглах.
     
Как дети по миру пройдём-ка,
пусть будет походка легка,
к скамейке привяжем котёнка,
к котёнку привяжем щенка.

Пройдёмте по миру как дети -
творцы всевозможных затей!..
 
«Ребёнок - непризнанный гений
 средь буднично серых людей»
 
 

Антип Ушкин
  
 

{ 1 Думок з приводу }